Тропою любящих сердец.

«Когда чего-то по-настоящему хочешь, всегда найдутся люди, готовые помочь», - слова, сказанные Евгенией Сергеевной Купцовой, психологом реабилитационного центра, и просто добрейшего сердца человеком, в очередном разговоре с моей девушкой, который касался моей ситуации.

Здравствуйте, меня зовут Александр. Хочу поделиться с вами своей историей о том, как любовь не только сделала меня счастливым человеком, но и помогла выписаться из психоневрологического интерната.

Осенью 2006 года я познакомился с Валей на поэтическом кружке при Ставропольской краевой клинической психиатрической больнице №1, который вела журналистка Засухина Татьяна Андреевна. В кружке царила очень теплая, дружеская атмосфера. Мы собирались раз в неделю, читали друг другу свои стихи, пели песни, обсуждали их, и просто интересно общались. Домой нам с Валей было по пути, и, однажды, мы поехали в одном троллейбусе. Завязалась интересная беседа, наполненная позитивными мыслями. Мы разговаривали о творчестве, о том, как оно помогает от депрессии, и о том, что именно творчество может стать основой нашей реабилитации (к тому времени Валя и я имели опыт заболевания по 8 лет). Мне сразу понравилась Валя- красивый голос и внешность, доброжелательность и позитивный настрой влюбили меня в эту девушку. Но спустя некоторое время у меня началась депрессия. Я узнал, что Валя не свободна. И я пролежал в закрытом отделении около года. У меня не было никакой надежды на развитие наших отношений, и депрессия продолжалась. Кроме того, к тому времени прошло три года с тех пор, как умер мой брат, который всегда раньше поддерживал меня в трудных ситуациях. Но теперь его не было. Мой лечащий врач, Александр Юрьевич Багуцкий, (очень грамотный и внимательный специалист) сказал, что мне необходим постоянный медицинский контроль, но оставить меня в отделении больше положенного срока он, к сожалению, не мог. И тогда, не найдя другого выхода, мама оформила меня в психоневрологический интернат.

Там я не прекращал писать стихи, играть на гитаре, и творчество в который раз меня спасало. У меня наступила стадия стойкой ремиссии. Меня стали отпускать в домашний отпуск.

А тем временем Валя выиграла 2-е место на весеннем конкурсе стихотворений, организованном психиатрической больницей, выступила на конференции по психическому здоровью и слетала в Норвегию на конференцию «Дни шизофрении» в составе ставропольской делегации во главе с главным психиатром Ставропольского края Игорем Анатольевичем Былимом. У нее завязались отношения с участниками Движения Добровольцев Ставрополья и ставропольским клубом бардовской песни.

В 2008 году я решился ей позвонить. И мы стали время от времени созваниваться. В один из таких звонков Валя сказала мне, что ее пригласили в жюри второго конкурса стихотворений, организованного психиатрической больницей. И теперь по инициативе Евгении Сергеевны Купцовой и Валерия Валентиновича Митрофаненко (лидера Движения Добровольцев Ставрополья ), а также при поддержке Сергея Ледовского (член клуба авторской песни), Валя записывает участников поэтического конкурса на студии звукозаписи «Другими глазами» в рамках проекта «Восстановления душевного здоровья через творчество». (К тому моменту Валя руководила студией звукозаписи уже три года и выпустила несколько компакт-дисков.) Мы решили, что было бы хорошо записать и меня.

В первый же момент, когда мы остались на студии наедине, мы поняли, что очень скучали друг по другу. Я очень обрадовался, узнав, что Валя теперь свободна. Что-то нас сильно тянуло друг к другу. И мы стали встречаться.

С тех пор прошло 2 года. Валюша ездила ко мне в интернат, я приезжал в отпуск. Тем и жили. Но, конечно, мечтали о большем.

И вот мы рука об руку трижды перекрестившись и окунувшись на святом источнике Серафима Саровского решились попросить заступника о помощи: чтобы я вышел из интерната. Сейчас, когда я пишу эти строки, я понимаю, что Господь есть! И мир не без любящих сердец! А еще просите и дано вам будет!

Ведь дал же Господь!

В этом году Валю и меня снова попросили выступить на конференции «Общество и психическое здоровье», рассказать о сервисе психического здоровья изнутри, как потребителей. Мы успешно выступили. На следующий день нас пригласили на круглый стол по вопросам правовой защиты в психиатрии. Это была как раз наша тема, и мы очень заинтересовались. Под впечатлением от первого дня конференции мы с Валей пришли домой, и написали песню. Валюша начала, а я ей помог, - о ее любимом враче-психиатре реабилитационного центра Александре Михайловне Соловьевой. Эту песню мы потом спели на круглом столе. Но еще до начала заседания мы подошли поздороваться к Игорю Анатольевичу Былиму, главному психиатру края и рассказали ему о своей проблеме. Игорь Анатольевич сказал нам, что способ решения есть и обещал помочь. На заседании мы внимательно слушали все выступления. И особенно выступление Сергея Михайловича Перепади. Когда Сергей Михайлович сказал о том, что была принята поправка к закону о правах недееспособных, наделяющих недееспособного человека правом самому обратиться в суд о восстановлении дееспособности, Игорь Анатольевич как председатель круглого стола обратился к нам со сцены и сказал, чтобы мы взяли это обстоятельство на заметку и воспользовались новым законом.
Не откладывая дело в «долгий ящик» мы тут же обратились к Сергею Михайловичу Перепаде, юристу, который работает в центре помощи Семье и Детям. И Он охотно откликнулся на нашу просьбу. Дальше нам предстояло запастись терпением и ждать. С момента подачи мною заявления в суд до момента принятия решения судом о восстановлении моей дееспособности прошло около 4 месяцев. Суд принял заключение врачей, что моя болезнь отступила. Сейчас мы с Валюшей строим общие планы на будущее. Та тропа, по которой мне пришлось пройти к обретению теперешнего счастья, ведет меня и по ныне и освещается она светом любящих сердец. Их созвездие светит мне прямо в сердце. И зажигает эти звезды сам Господь. А «если звезды зажигают, то это кому-нибудь нужно». Дорогие, стучите в двери и вам откроют!
Хочу выразить благодарность от себя и моей девушки Валентины людям, которые помогли нам, особенно:
Юристу - Перепаде Сергею Михайловичу.
сотрудникам Ставропольской краевой клинической психиатрической больницы № 1: главному врачу. Главному психиатру Ставропольского края -Игорю Анатольевичу Былиму, заместителю главного врача - Татьяне Всеволодовне Кундуховой, заместителю главного врача - Ольге Ивановне Андреевой, заместителю главного врача - Светлане Владимировне Швыдкой, заместителю главного врача Ольге Геннадьевне Бычковой, врачам- Юрию Михайловичу Шикину, Орлянской Виолетте Петровне, Марине Геннадьевне Крестьяниновой, Марине Сергеевне Ивановой, психологам - Евгении Сергеевне Купцовой, Денису Владимировичу Севрюгину, Светлане Борисовне Платицыной, специалисту по социальной работе - Юлии Владимировне Курбатовой, медицинскому персоналу - Оксане Геннадьевне Чоха, Татьяне Алексеевне Аспидовой, Надежде Николаевне Лебзак, Валентине Александровне Нартиковой, Любовь Васильевне Антонец.
Бывших сотрудников Ставропольской краевой клинической психиатрической больницы № 1 – Александру Юрьевичу Багуцкому, Александре Михайловне Соловьевой, Алексею Михайловичу Корюкину, Елене Анатольевне Гавришевой, Татьяне Андреевне Засухиной.
Сотрудникам Надзорненского психоневрологического интерната – Владимиру Николаевичу Браткову, Ольге Витальевне Олейник.
Общественной организации «Новые возможности» - Ларисе Петровне Васильевой, Таисии Илларионовне Герцевой, Светлане Владимировне Смыковой, Ольге Юрьевне Кузовой, Елене Анатольевне Полупановой, Владиславу Владимировичу Пачину.
Специалистам из Норегии- Герд-Рагне Блох Торсен, Эгелю Харстад, Эллин Скоген, Эльзе Марии, Рольфу.
Отзывчивым людям – Владимиру Сергеевичу Ткаченко (доктор социологических наук, профессор), отцу Дмитрию, Ольге Александровне Тимош (юрист).
Друзьям - Валерию Валентиновичу Митрофаненко, Сергею Ледовскому, Игорю Кочегурному, Ангелине Киян, Егору Белевцеву, Софии Шакировой.

Сердечно благодарим наши семьи за постоянную поддержку и любовь.
С уважением, Александр Алимов и Валентина Новикова.

2012 год.



***

Впервые я попал в психиатрическую больницу в 1996 г. После попытки суицида был в коме 16 часов, и когда вернулся, мне стало страшно, получилась прививка от суицида. С тех пор, когда встречаюсь с людьми с такими мыслями, стараюсь отговорить.

Зимой 2003 года я готовился к концерту, и меня посетила паника, что я не справлюсь. Это было такое необычное новое состояние. А потом мне все время было страшно, сразу появилась хроническая усталость, как будто я обмер, перекрылись все способности, ни играть, ни сочинять музыку уже не мог. Я отыгрывал концерты, люди спрашивали, что со мной, а мне было стыдно признаться, что это паника и я просто говорил, что голова болит. А за паникой стала социофобия развиваться. Я стал читать разную литературу, пытался решить проблему – занимался обливанием, голоданием, йогой и по многим другим оздоровительным практикам. Это имело частичный успех. Единственная мысль, которая была из книжек про здоровье, что причина болезни –нарушение нравственных законов. К врачам не обращался, сейчас сложно сказать почему, но считал, что мне не помогут.

В 2006 г. вернулся в Ставрополь и все же лег в психиатрическую больницу, на тот момент понял, что сам не справляюсь. Здесь дали лекарства, от которого скрючило – это тоже новое состояние, похожее на тот первый приступ паники. Я понял, что это то состояние, про которое многие мне говорили и в фильме «Пролетая над гнездом кукушки» показывали об этом. Но мне стало легче от того, что тут такие же люди как я плюс таблетки и режим. Я открыл для себя такую тему, что многие бедалаги, кто в жизни выгребают – ложатся на койку в стационар и складывают лапки - не хотят напрягаться. На тот период это был выход, я считаю. Иначе, я скорее всего, просто погиб бы употребляя алкоголь. Потом попал к врачу, который более склонен к реабилитации чем к медикаментам. Он произнес слова, которые я с тех пор много раз применял в жизни: «Не вижу смысла гасить тебя лекарствами и превращать тебя в растение – это особенность твоей психики и тебе нужно научиться с этим жить - с ранимостью, мнительностью». Дальше врач мне разрешил принести в отделение синтезатор, еще люди с гитарами подтянулись – получилась своего рода группа. Мы играли, сочиняли. Скажу честно, мне было очень больно играть тогда, но это помогало в общении. В том состоянии, это был выход, хотя в то время я не совсем это осознавал.

Однажды сидел в очереди на прием, срисовал бабочку – схему о психическом здоровье со стенда. Решил, что надо шевелиться, что-то менять. Чтобы жить мне надо было работать – это было очень хорошим стимулом. Мои родители очень мудрые люди, я их сейчас очень люблю, они не нянчились и не потакали, а дали стимул двигаться самому, искать свой путь. Через них в моей жизни высшая сила поработала по полной программе. Сейчас с удовольствием приезжаю в гости, общаюсь. Раньше, конечно, было сложно общаться, когда я пил.

Работать получалось - это был прогресс, но все равно периодически уходил в запои. Тоже тяжелый период. А потом как-то нашел визитку анонимных алкоголиков. Я, конечно, не могу утверждать, что это панацея для всех, но для меня это остается надежной опорой. Больше 3 лет удается преодолевать заболевание без госпитализации в круглосуточные отделения психиатрической больницы. Сообщество анонимных алкоголиков - это не просто группа в 10 человек, а фактически я могу посещать любую группу мира – я ощущаю объем поддержки. Я практиковал путешествия в Крым, гостил в сообществах 5 городов.

Первый год в сообществе было трудно: ходил на встречи и бежал домой, как зяблик в норку. Год шарахался и прятался от жизни. Это была как психушка открытого типа. Потом стало попускать, стал ездить на фестивали, слушал истории падений и взлетов других людей. После таких встреч с реальными людьми, в том числе известными я воодушевился этой темой – я не один, есть люди, они решили эти проблемы, улыбаются.

Потом создал группу для никотиновых зависимых, здесь уже могу советы давать, делиться своим опытом. Тут уже я донор - я отдаю. Приходят новички, я уже чувствую какую и сколько работы им надо делать, чтобы снова заулыбаться. Изо дня в день мы повторяем простые вещи – и это работает. Для меня группа - это и клуб и самореализация. Нашел там и гитару, играю иногда.


На меня и Саша повлиял, который из психоневрологического интерната сам вышел – бешеный стимул бороться за жизнь. Я знаю кучу людей, которые лежат в отделениях и у них ничего не меняется, потому что они опустили руки. «Невозможно помочь тому, кому невозможно помочь» - говорил Джон Леннон. Сейчас такое время, кто педали не крутит, тот погибнет.

Есть ощущение, что я должен передать свой опыт.

Раньше я сочинял музыку и считал, что я великий композитор, слышу Бога, а вокруг все дураки (от чего меня и приплюснула в один момент). Сейчас я отпустил свои способности и таланты, сейчас они направлены на то, чтобы сохранять трезвость и позитив. Любая зависимость - это когда человек не хочет менять что-то внутри, а меняет снаружи. Основная мысль взаимопомощи-человек с подобными проблемами может понять такого же человека.

Человеческая природа вся похожа.

Iridij, Ставрополь


Я родился в 1971 г. в Ставрополе в благополучной семье. Родители были все время заняты работой и собой, моим воспитанием занимались дедушка и бабушка. Дед - герой войны, профессиональный военный, бабушка большую часть трудовой жизни работала медсестрой в СККПБ. Они души во мне всю жизнь не чаяли, любили безумно, так что моё детство прошло беззаботным, радостным и обеспеченным.

Но случилось так, что когда я учился в 7-м классе, мать рассталась с отцом и по рекомендации подруги уехала в … работать по специальности. Семья решила, что я поеду с ней. С отцом я общался регулярно, писали друг другу письма, перезванивались, так что ощущение полноценной семьи у меня осталось. Я хорошо учился, занимался спортом, и уже в 17 лет выполнил нормативы кандидата в мастера спорта по биатлону, параллельно серьёзно занимался музыкой, создал свою рок-группу. Играли в стиле хард-рок. В то время это направление было широко развито среди молодёжи. Но вот пришло время отдавать долги Родине в вооруженных силах Советского Союза. Учитывая мою спортивную подготовку, меня отправили служить в … дивизию – это элитная часть специального назначения. Два года прошли незаметно, и я понял, что армия - это моё призвание.

Но пришли девяностые, всё стало разваливаться, и я решил идти по другому пути. Поступил и закончил …. на факультете физкультуры и спорта, решил заняться тренерской работой. К этому времени я нашел себе девушку, женился на ней. Через некоторое время родился ребенок. Моя мама пригласила нас к себе на пмж в город ... В то время у неё был там серьёзный бизнес. И пока мы думали и решали, регулярно помогала нам материально. В последствии, используя свои связи, помогла заключить мне контракт в …дивизии морской пехоты. В ВС России академии была военная кафедра. И учитывая эти обстоятельства, службу я начал в звании лейтенанта. Как раз в этот период началась война в Чечне. Почти все мои сослуживцы написали рапорты не участия в проведении контртеррористической операции в Чеченской республике. Нам предложили высокое денежное довольствие, перспективу на получение жилплощади, ну и, конечно, чувство патриотизма дало о себе знать. Ведь мы выступали на защиту интересов граждан Российской Федерации.

         Учитывая мою подготовку в советской армии, я получил должность командира взвода диверсионной разведки, параллельно специализировался на снайперской работе. В 1996 году я приехал домой в очередной коммандировке, открыл дверь своими ключами и увидел в коридоре чужую мужскую обувь. Со мной было табельное оружие, и я находился в состоянии алкогольного опьянения, с ребятами отмечали возвращение домой. Мне на встречу выбежала жена и начала что-то объяснять, у меня одна мысль: "слить эту парочку или застрелиться самому". Остановился на последнем варианте, зашел в магазин, купил литр водки, пришел к отцу, сел за стол, оставил один патрон в стволе. Сижу и пью стакан за стаканом, чтоб хватило духа нажать на спусковую скобу. И тут вдруг мысль: "А зачем так? Лучше достойно в бою." Прерываю отпуск и выезжаю в расположение части, начинаю пить, завожу роман с медсестрой полевого госпиталя, но служба есть служба, сильно расслабиться не дадут. И вот после очередной спецоперации я прихожу пообщаться со своей боевой подругой, да и спирт заканчивался.      Вышли из калитки смотрю: у неё на груди точка лазерного прицела. Я успел закрыть её за собой. В результате - пуля в спине, вторую, контрольную, снайпер всадил мне в голову, потом хирурги, госпитали и нежелание жить.

         С женой развёлся, оставил ей и ребёнку квартиру, а сам поехал к отцу. Чтобы уйти от мрачных, убивающих мыслей, начал читать книги; у отца хорошая библиотека, восемь месяцев не выходил из дома, засыпал и просыпался с книгой в руках. Потом друзья подарили щенка датского дога, и я стал заботиться о нём.  Я кормил его, купал, убирал за ним, выгуливал его. Начал общаться с людьми. Вроде всё стало налаживаться. И тут из ….пришло известие, что убита моя мать. Обнаружен труп со следами насильственной смерти. Я продал свою машину и сорвался в …. с одной только целью: отомстить, пока родственники занимались похоронами, я искал связи в милиции, искал информацию у бандитов, но мои поиски результатов не принесли.  И тогда я решил, что раз не могу отомстить конкретным людям, я буду мстить всему криминалу. Я решил идти работать в СОБР. Результатом медицинского обследования у меня обнаружили первые признаки психического расстройства, посттравматический стрессовый синдром. В СОБР меня не взяли. В результате я решил действовать сам. Что и как я делал, об этом писать долго. Кончилось всё тем, что мне засунули нож в бок.

         Бывшая жена, напуганная моим поведением, срочно продала квартиру и уехала в другой город, полностью изолировав меня от ребёнка.

         Настороженные моими действиями, сотрудники милиции сопроводили на лечение в стационар. Пролечили полтора месяца, выпустили и сказали: "Это теперь твой жизненный путь, тебе с этим жить".

         От чувства неполносценности, невостребованности, непонимания, насмешек: ведь теперь же я псих, я начал злоупотреблять алкоголем. На какое-то время помогало, потом становилось хуже, начиналась алкогольная интоксикация. Приходислось обращаться в стационар "откапаться". Я устроился работать охранником в ресторан. С этой работой я справлялся хорошо. Появилось много знакомых, друзей и подруг. И как раз в этот промежуток времени я встретил свою вторую жену. Безумно красивая, но с ужасным характером. Она поставила меня перед выбором: или "я" или твоя работа. Я бросил кабак и пошёл работать подсобным рабочим на стройку. Зарабатывал хорошо, физический труд мне нравился. Перенимал опыт у мастеров, покупал инструмент, собирал деньги, и через некоторое время открыл свой маленький строительный бизнес. Время от времени, после завершения работы употреблял алкоголь, чтобы расслабиться. Моя супруга очень негативно относилась к этому. Постоянные ссоры и скандалы. Отношения с её родителями были окончательно испорчены, и  в один прекрасный момент, я понял неправильность своего образа жизни. Приехал к тёще, чтобы поговорить по душам. Позвонил в дверь и услышал в свой адрес массу оскорблений. Разозлился, пошёл в магазин, купил бутылку водки, выпил и поджег тёще дверь. Она на меня заявила, и по решению суда больше года я провёл на принудительном лечении. В этот период не было нарушений и замечаний. Закодировался. Жена меня поняла и простила. На протяжениии всего времени, пока я находился на лечении, приходила на свидания, носила передачи, каждый день звонила, я вышел, продолжил работать. Всё встало на свои места. Прошло два с половиной года. Мы по-прежнему были вместе, но вдруг всё закрутилось по новой. После работы я пошёл в бар, выпили, и знакомый мне сказал, что один из посетителей этого бара был должен ему деньги. Произошёл конфликт, я избил этого человека, забрал требуемую сумму.

         Правохранительные органы квалифицировали мои действия как грабёж, статья 161, часть вторая. В результате вторая «принудка». Я прождал два с половиной года. Жена по-прежнему была рядом. За нарушение режима меня отправили на Орёл в ОПБСТИН. Там я находился ещё два с половиной года.

         Жена сказала: "Не переживай! Всё будет хорошо." И продолжала писать, регулярно приезжать и оставаться такой же  верной и преданной.

         И вот я вернулся в Ставрополь. И каково было моё удивление и шок, когда я, сообщив ей о своём приезде, не услышал в её голосе радости, одна озабоченность и озадаченность. Оказалось, что у неё появился другой мужчина. Она сказала, насколько серьёзные у них отношения она пока не знает. "ты пойми", - говорит, "я же не железная".

         Находясь в Орле, я предполагал подобный поворот событий, но я ей написал, что, если она решит устроить свою личную жизнь, я её пойму и осуждать никогда не буду. Я всё понимаю, это жизнь, но от этого легче не становится. Нестерпимо больно переживать подобного рода потери. Она не перестала со мной общаться, предложила дружбу, и я счастлив этому. Это даст возможность хоть ненадолго, но быть с ней рядом. Но теперь на мои просьбы прийти на свидание она не отказывает прямо, но ссылается на нехватку времени, а я скучаю безумно. Эти годы без неё - боль, эти ночи без неё - муки. Этот сахар без неё - соль, но а сердца ритмы - стуки. Я пишу для неё песни, я посылаю ей стихи. Я не теряю ни веры, ни любви, ни надежды. Моя главная цель - вернуть эту женщину, потому что она моя жизнь, моя смерть, моё небо, моё солнце. За один день, проведённый с ней, я отдам всё золото мира; за одну ночь я пойду на смерть. За её любовь я продам душу дьяволу. Ну а если судьба распорядится иначе, один я, конечно, не останусь. Будет какая-то жизнь, разбудит какая-то женщина. Возможно, я буду называть её женой, буду уважать, ценить её за доброту и внимание, но любить так, как любил, я больше не смогу.

         Моя любимая знает обо всём этом и ценит мои чувства. Мне - 43, ей уже 48, мы взрослые люди, должны быть прагматичны и реально смотреть на вещи. Она хороший экономист, я хороший строитель. Жильём мы все обеспечены. Именно эти факты, не говоря уже о моих чувствах, должны подсказать ей правильное решение. Есть ещё одно обстоятельство. Мы взяли ребёнка из детдома, и самое большое моё желание: вместе с любимой вырастить этого ребёнка, поставить его на ноги, дать ему дорогу в жизнь. Своих детей нам Бог не дал, так что в этом ребёнке я вижу знамение судьбы и смысл своей жизни. И лучше потерять жизнь, чем потерять хотя бы надежду, хотя бы на то, чтобы моя самая толика моих желаний исполнится, ну а личные обиды, измены, это всё очень мелко. Только слабые люди не умеют прощать. Сильный сильному протянет руку, а слабому поможет.

         Любимая давно меня простила все мои грехи, мне же её прощать не за что. Во всём виноват я сам. И вы причины своих нечастий и проблем ищите в самих себе, учитесь на чужих ошибках, и не стремитесь их повторять. Помните, любовь спасёт мир. Никто кроме нас. (Так говорят в  спецназе.)

         P.S. Любовь, семья и дети, всё это замечательно, но никогда нельзя забывать о  материальной стороне нашей жизни. К сожалению, без денег в нашей жизни ничего не решается. Мне повезло, у меня высокооплачиваемая специальность, но для этого пришлось положить много труда и терпения.

         Ваша оценка жизни должна быть реальной, не завышайте самооценку, не летайте в облаках и когда придёт время  искать возможность заработать себе на кусок хлеба, не стремитесь ко всему сразу, начинайте с малого. И никогда не опускате руки. Падая, вставайте снова.

Очень хочется надеяться, что в этих стенах я больше никогда не окажусь.

 

 

 

 

Спящий зверь.

 

За былое своё страшно мне самому.

Я способен на всё и готов ко всему.

Вот вернулся назад , хочешь верь иль не верь.

Но во мне живёт гад этот гад - спящий зверь.

 

Припев:

Онемел я от боли и устал от войны.

Ах ты чёрное поле, ах вы белые сны.

Мама, милая мама, сердце плачет в груди.

Ты укрой меня, ладно? А усну не буди.

 

Спит мой зверь, что ж Бог с ним.

Что вернулся домой я с соседом таким.

Я там стоял, леденея, когда он ликовал.

Это я ведь жалел, ну а он убивал.

 

Припев:

 

Ты ждал, и поверь, не сомкнул бы я глаз,

Потому что мой зверь, спас меня и не раз.

Слышишь, мам, ты прости, и не слушай меня.

Это ветер свистит и деревья шумят.

 

Онемел я от боли и устал от войны.

Ах ты чёрное поле, ах вы белые сны.

Под солдатской шинелью прокатилась слеза.

Эх, ребята, пусть будет вам постелью та чужая гроза.

 .